[2/VI. 1918]

Тов. Иоффе! Едут к Вам Сокольников и Бухарин, а ка жись, и Ларин !. Пользуюсь случаем, чтобы Вас несколько пре
дупредить. Я сижу на заседании «отъезжающих» (без Ларина).
Слышу речи против того, что «Иоффе переносит Комиссариат,
иностранных дел в Берлин».
Трения между Вами и Чичериным иногда используются — более бессознательно, чем сознательно, — в смысле или в на
правлении обострения этих трений.
Я уверен, что Вы будете начеку и обострять этих трений не дадите. Я следил внимательно за Вашими письмами и убе
жден непреклонно, что трения эти неважные (хаос везде, неаккуратность везде — во всех комиссариатах, и от этого зла
лечение медленное). Терпение и настойчивость, и трения ула
дятся. Чичерин превосходный работник, Ваша линия вполне
лояльно проводит Брестский договор, успех у Вас уж е есть,
по-моему, — а отсюда вытекает, что трения легко уладим.
Если немцы-купцы возьмут экономические выгоды, поняв, что войной с нас ничего не возьмешь, все сожжем, — то Ваша
политика будет и дальше иметь успех. Сырья немцам дать
* На этом рукопись обрывается.


сможем. В случае важном — посылайте копии точных требо ваний Ваших мне. Прямой провод устройте поскорее .
Бухарин лоялен, но зарвался в «лсвоглугшзм» до чертиков.
Сокольников свихнулся опять. Ларин — мечущийся интелли гент, ляпала первосортный. Поэтому будьте архи на чеку со
всеми этими премилыми и препрекрасными делегатами. Соколь
ников — ценнейший работник, но иногда (и как раз теперь)
на него «находит» и он «бьет посуду» из-за парадоксов. Если
не примете предосторожности, — он у Вас там набьет посуды.
А Бухарин — втрое. Prenez garde! *
Надеюсь, что Красин и Ганецкий, как деловые люди, Вам помогут и все дело наладится.
За «приложение» к Вашему письму благодарю. Жду еще.
Лучшие приветы.
Ваш Ленин