Дорогой коллега! Получил Ваш ответ и берусь за перо для продолжения беседы. Вы хотите перенести вопрос побольше на теоретическую (а не тактическую) почву. Согласен. Напомню только, что исходный пункт у Вас был тактический: Вы ведь отвергали «классическую постановку» основного тактического положения. Это тактическое решение Вы намечали (не договаривая тактических выводов из него) в связи с отрицанием «возможности американской». Поэтому я не считаю правильным изложение наших разногласий, которое Вы даете словами: «Вы (т. е. я) подчеркиваете факт движения крестьянства. Я признаю факт движения пролетаризирующегося крестьянства». Не в этом разногласие. Не отрицаю же я в самом деле, что крестьянство пролетаризируется. Разногласие в том, утвердился ли в России настолько буржуазный аграрный строй, чтобы сделать объективно невозможным крутой переход от «прусского» развития аграрного капитализма к «американскому» развитию аграрного капитализма? Еслида, тогда «классическая» постановка основного вопроса тактики падает. Если нет, она сохраняется. И вот, я стою за то, что она должна быть сохранена. Я не отрицаю возможности «прусского» пути; я признаю, что марксист не должен ни «ручаться» за один из этих путей, ни связывать себя только с одним из них; я признаю, что политика Столыпина делает еще шаг вперед по «прусскому» пути, и что на этом пути на известной ступени может наступить диалектический перелом, снимающий с очереди все надежды и виды на «американский» путь. Но я утверждаю, что сейчас этот перелом, наверное, еще не наступил и что поэтому абсолютно недопустимо для марксиста, абсолютно неверно теоретически отказываться от «классической» постановки вопроса. Вот в чем наши разногласия. Теоретически они сводятся к двум, если я не ошибаюсь, главным пунктам: 1) Ваш «союзник» В. Ильин должен быть уничтожен мной, чтобы оправдать мою позицию. Другими словами, эта позиция противоречит итогам марксистского анализа предреволюционной экономики России. 2) «Классическая» постановка может и должна быть сопоставляема с аграрным оппортунизмом ревизионистов (Давида и К°), ибо нет никакой существенной, принципиальной, коренной разницы между постановкой вопроса об отношении рабочего к «мужичку» в России и в Германии. Оба эти положения я считаю глубочайше неверными. Ad 1) (Чтобы не касаться «тактики», отстраню мартыновский набег на Ильина и перейду только к Вашей постановке теоретического вопроса.) Что доказывал и доказал Ильин? Что развитие аграрных отношений в России идет капиталистически и в помещичьем хозяйстве и в крестьянском, и вне и внутри «общины». Это раз. Что это развитие уже бесповоротно определило не иной путь развития, как капиталистический, не иную группировку классов, как капиталистическую. Это два. Из-за этого был спор с народниками. Это надо было доказать. Это было доказано. Это остается доказанным. Вопрос сейчас ставится (и движением 1905-1907 гг. поставлен) иной, дальнейший, предполагающий решение вопроса, Ильиным (и не им одним, конечно) решенного, но предполагающий не только это, а нечто большие, более сложное, нечто новое. Кроме вопроса, решенного окончательно и верно решенного в 1883-1885, в 1895-1899 гг., история XX века в России поставила нам дальнейший вопрос, - и нет ничего ошибочнее теоретически, как пятиться от него назад, отделываться, отмахиваться от него ссылкой на решенное раньше. Это значило бы вопросы второго, так сказать, т. е. высшего, класса сводить к вопросам низшего, первого класса. Нельзя оставаться при общем решении вопроса о капитализме, когда новые события (и события всемирно-исторической важности, каковы 1905-1907 гг.) поставили вопрос более конкретный, более детальный, вопрос о борьбе двух путей или методов капиталистического аграрного развития. Когда мы боролись с народниками за доказательство того, что этот путь неизбежно и бесповоротно - капиталистический, мы были вполне правы и мы не могли не сосредоточить всей силы, всего внимания на вопросе: капитализм или «народное производство». Это было и естественно, и неизбежно, и законно. Но теперь этот вопрос решен и теорией и жизнью (ибо мелкобуржуазность трудовика en masse* доказана новейшей русской историей), а на очередь поставлен другой, высший вопрос: капитализм типа α или капитализм типа β? И, по моему крайнему разумению, Ильин был прав, когда в предисловии ко второму изданию книги указал, что из нее вытекает возможность двух видов капиталистического аграрного развития и что историческая борьба этих видов еще не кончена**. Особенность русского оппортунизма в марксизме, т. е. меньшевизма в наше время, состоит в том, что он связан с доктринерским упрощением, опошлением, извращением буквы марксизма, изменой духу его (так было и с рабочедельством и с струвизмом). Воюя с народничеством, как с неверной доктриной социализма, меньшевики доктринерски просмотрели, прозевали исторически реальное и прогрессивное историческое содержание народничества, как теории массовой мелкобуржуазной борьбы капитализма демократического против капитализма либерально-помещичьего, капитализма «американского» против капитализма «прусского». Отсюда их чудовищная, идиотская, ренегатская идея (насквозь пропитавшая и «Общественное движение»), что крестьянское
движение реакционно, что кадет прогрессивнее трудовика, что «диктатура пролетариата и крестьянства» (= классическая постановка) противоречит «всему ходу хозяйственного развития» (стр. 661 меньшевистского «Общественного движения»). «Противоречит всему ходу хозяйственного развития» - это ли не реакционность?

Я стою на том, что борьба с этим чудовищным извращением марксизма была основой «классической постановки» и основой верной, хотя, к сожалению, в силу естественных условий эпохи велась эта борьба очень усердно тактически и недостаточно
усердно теоретически. Впрочем, сожаление тут неверное слово, которое надо выкинуть!

Вот этот аграрный вопрос и есть теперь в России национальный вопрос буржуазного развития. Вот чтобы не впасть в ошибочное (механическое) перенесение к нам во
многом верного и во всех отношениях крайне ценного немецкого образца, надо ясно
себе представить, что национальным вопросом вполне утвердившегося буржуазного
развития Германии было объединение и т. п., но не аграрный вопрос, а национальным
вопросом окончательного утверждения в России буржуазного развития является именно аграрный (даже уже: крестьянский) вопрос.

Вот - чисто теоретическая основа отличия в применении марксизма к Германии 1848-1868 (примерно) и к России 1905-19?? годов.

Чем могу я доказать, что у нас национальное значение для буржуазного развития получил аграрный вопрос, а не другой какой-нибудь? Я не знаю даже, нужно ли это доказывать. Я думаю, это бесспорно. Но именно здесь теоретическая основа, и именно сюда надо свести все частные вопросы. Ежели спор

будет, укажу вкратце (пока вкратце), что именно ход событий, факты, история
1905-1907 годов и доказали указанное мной значение аграрного (крестьянского и,
конечно, мелкобуржуазно-крестьянского, а не общинно-крестьянского) вопроса в России. Это же доказывает теперь и закон 3. VI. 1907, и состав, и деятельность III Думы, и
- частность - 20. XI. 1909 218 - и (важное особенно) аграрная политика правительства.

Если мы согласимся в том, что новейшая история России, история 1905-1909 годов
доказала коренное, первостепенное, национальное (в этом смысле) значение аграрного
вопроса в утверждении буржуазной эволюции определенного типа в России, то мы можем идти дальше. Если нет, то нет.

Буржуазное развитие России к 1905 году было уже вполне зрело для того, чтобы
требовать немедленной ломки устаревшей надстройки - устаревшего, средневекового
землевладения (Вы, конечно, понимаете, почему я здесь из всей надстройки беру одно
землевладение). Мы живем в эпоху этой ломки, которую разные классы буржуазной
России стараются довершить, доделать по-своему: крестьяне (+ рабочие) путем национализации ((я очень рад, что мы согласны с Вами насчет полной нелепости муниципализации; цитаты из Theorien über Mehrwerth* в пользу национализации я уже привел
в одной своей работе, напечатанной частицей по-польски))**, - помещики (+ буржуазия старая, жирондистская буржуазия) путем 9. XI. 1906 и т. д. Национализация земли =
крестьянская ломка старого землевладения есть экономическая основа американского
пути. Закон 9. XI. 1906 = помещичья ломка старого землевладения есть экономическая
основа прусского пути. Наша эпоха, 1905-?? годы, есть эпоха революционной и
контрреволюционной борьбы этих путей, - подобно тому, как 1848-1871 гг. в Германии были эпохой революционной и контрреволю-

* - Теории прибавочной стоимости. Ред.

** См. В. И. Ленин. «Аграрная программа социал-демократии в русской революции» (Сочинения, 5
изд., том 17, стр. 148 -173). Ред.