Дорогая мамочка! Маняша сегодня поехала в Лозанну к Dr. Mermod, знаменитости по ушным болезням. Он назначил ей визит письменно: приходится ждать очереди у здешних знаменитостей. Но зато, по общему отзыву, врач этот дельный. Я четыре года
назад делал маленькую операцию у него в клинике: работают великолепно. Надеюсь
поэтому, что Мане он поможет, а то ее все же порядком еще беспокоит ухо и мешает работать. Поселилась она на нашей лестнице, этажом выше; в комнате поставили печку, так что теперь тепло, хорошо. Обедает и ужинает она у нас. Неудача только вышла
у нее с латинским языком. Оказалось, что латынь требуется и что держать экзамен
можно только 19. XI. До этого срока оставалось ей всего десять дней. Я было попробовал убедить ее рискнуть, пройдя «ускоренным маршем» грамматику; благо, французский она хорошо знает. Но оказалось, что работать очень интенсивно она не может, ухо
мешает; да и срок до того маленький, что шансы плохи. Так и бросила латынь. Утешается тем, что мы, вероятно, все переедем в Париж, а тогда и она, конечно, с нами. В Париже не требуют

латыни. Что касается до этого нашего переезда, то он уже почти окончательно решен,
но раньше чем через месяц едва ли выберемся. Возни с переездом будет, разумеется,
куча. Надеемся, что большой город немножко встряхнет нас всех; надоело сидеть в
этом провинциальном захолустье. Дороже, конечно, в Париже, это верно. Климат, вероятно, не хуже женевского. Здесь сырой довольно климат, неприятны туманы. Разуз-
наем теперь, как быть с велосипедами. Бросать их жаль - это великолепная штука для
отдыха и прогулок, - а пошлины тут, кажется, довольно большие, но, я надеюсь, устроимся и с этим. Анюте, пожалуйста, передай, что философская рукопись послана уже
мной тому знакомому, который жил в городке, где мы виделись перед моим отъездом в
Красноярск в 1900 году 257. Я надеюсь, что он уже получил ее и доставил вам. Если нет,
необходимо наведаться к нему, благо, живет он недалеко от вас. Очень прошу черкнуть
мне пару слов немедленно о получении рукописи. В Питер я написал двум приятелям,
прося их помочь в деле устройства с изданием*. Поручил им списаться с Анютой, еже-
ли что представится, через нашего общего знакомого, служащего в «Знании»**. На само

«Знание» я почти вовсе не надеюсь: «хозяин» его***, давший полуобещание Анюте,
большая лиса и, вероятно, понюхав воздух на Капри, где живет Горький, откажется****.

Придется искать в ином месте. Про то, что я иду на все уступки, я уже писал*****.

Крепко обнимаю тебя, моя дорогая, и желаю здоровья.

Твой В. Ульянов