# Источник: Ленинский сборник 5, стр. 402

КРОВАВЫЕ ДНИ В МОСКВЕ.
Женева, 10 окт[ября] (27 IX) [1905 г.].
Новая вспышка рабочего восстания —  массовая стачка и
уличная борьба в Москве. В столице 9 ^января грянул первый
гром революционного выступления пролетариата. Раскаты этого
грома пронеслись по всей России, подняв с невиданной раньше
быстротой свыше миллиона пролетариев на гигантскую борьбу.
За Петербургом последовали окраины, где национальное угнете­
ние обострило и без того невыносимый политический гнет. Рига,
Польша, Одесса, Кавказ стали по очереди очагами восстания
которое росло в ширину и в глубину с каждым месяцем, с ка­
ждой неделей.
Теперь дело дошло до центра России, до сердца
«истинно-русских» областей, которые умиляли всего долее реак­
ционеров своею устойчивостью. Целый ряд обстоятельств объяс­
няет эту сравнительную устойчивость, т. е. отсталость центра
России: п менее развитые Формы крупной промышленности,
*

ЛЕШШСКИИ сборник
охватившей громадные рабочие массы, но менее порвавшей связи
с землей, менее концентрировавшей пролетариев в интеллектуаль­
ных центрах;— и большая удаленность от заграницы; — и отсут­
ствие национальной розни.
Рабочее движение, с такой могучей
силой проявившееся в этом районе еще в 1885 — 6 годах, как
бы замерло на долгое время, и усилия социалдемократов десятки
и сотни раз разбивались о сопротивление особенно трудных
местных условий работы.
Но наконец и центр зашевелился.
Иваново-Вознесенская
стачка
показала неожиданно высокую политическую зрелость
рабочих. Брожение во всем центральном промышленном районе
шло уже непрерывно усиливаясь и расширяясь после этой стачки.
Теперь это брожение стало выливаться наружу, стало превра­
щаться в восстание. Несомненно вспышку обострило еще рево­
люционное московское студенчество, которое только-что приняло
совершенно аналогичную петербургской резолюцию, клеймящую
Государственную] Думу, зовущую к борьбе за республику, за
учреждение временного революционного правительства.
«Либе­
ральные профессора, только-что выбравшие либеральнейшего рек­
тора, пресловутого г-на Трубецкого, закрыли университет под
давлением полицейских угроз: они боялись, по их словам, повто­
рения Т ифлисской бойни в стенах университета.
Они ускорили
только пролитие крови на улицах, вне университета.
Насколько мы можем судить по кратким телеграфным сооб­
щениям заграничных газет, ход событий в Москве [шел] был
«обычный))
[путем],
вошедший, так сказать, в норму после
9-го января.
Началось со стачки наборщиков, которая быстро
разрослась.
В субботу, 7 октГября] 21 (сентября]) не работали
уже типографии, электрические конки, табачные Фабрики. Газеты
не вышли. Ждали всеобщей стачки заводских и железнодорожных
рабочих. Вечером состоялись большие манифестации, в которых
кроме наборщиков участвовали также рабочие других профессий,
студенты и проч.
Казаки и жандармы много раз разгоняли
манифестантов, но они собирались снова.
Было ранено много
полицейских. Манифестанты бросали камни и стреляли из револь­
веров. Тяжело ранен ОФИцер, командовавший жандармами. Убит
один казачий офицер, один жандарм и т. д.
К стачке примкнули в субботу пекаря.
В воскресенье 8 окт[ября] (25 сентября]) события сразу
приняли грозный оборот. С 11 часов утра начались скопления

КРОВАВЫЕ ДНИ В МОСКВЕ
рабочих на улицах, —  особенно на Страстном Бульваре и в дру­
гих местах. Толпа пела Марсельезу. Типографии, отказывавшиеся
бастовать, были разгромлены. Казакам удавалось рассеивать мани­
фестантов лишь после упорнейшего сопротивления.
Перед магазином Филиппова, около дома генерал-губернатора,
собралась толпа человек в 400, главным образом подмастерьев-
булочников. Казаки атаковали толпу. Рабочие проникли в дома,
взобрались на крыши и осыпали оттуда казаков камнями. Казаки
стреляли на крышу и, не будучи в состоянии выбить рабочих, при­
бегли к правильной осаде. Дом был окружен, отряд полиции и две
роты гренадеров произвели обходное движение, проникли в дом
сзади и в конце концов заняли и крышу. Арестовано 192 подма­
стерья. Восемь арестованных ранено; двое рабочих убито (повто­
ряем, что все это —  исключительно телеграфные сообщения загра­
ничных газет, далекие, разумеется, от истины и дающие лишь
приблизительное представление о размерах сражения). Одна солид­
ная бельгийская газета приводит сообщение, что дворники были
усердно заняты очисткой улиц от следов крови; эта маленькая
подробность —  говорит она —  больше, чем длинные отчеты сви­
детельствует о серьезности борьбы.
О бойне на Тверской позволено было, иовпдимому, писать
в Петербургских газетах. Но уже на следующий день цензура убоя­
лась огласки. От понедельника, 9 окт[ября] (26 сент[ября]), Офи­
циальные депеши сообщали, что никаких серьезных волнений
в Москве не было. Но по телефону в редакции петербургских
газет дошли иные вести. Толпа, оказывается, опять собиралась
около дома генерал-губернатора. Стычки были горячие. Казаки
стреляли не один раз*
Когда они спешились для стрельбы,
их лошади подавили много народа.
К вечеру толпы рабочих
наполняли бульвары с революционными криками, с развернутыми
красными знаменами. Толпа разбивала булочные и оружейные
магазины.
В конце концов толпа рассеена полицией.
Много
раненых.
Центральная телеграфная станция охраняется ротой
солдат. Стачка булочников стала всеобщей. Брожение среди сту­
дентов еще усиливается, сходки становятся еще более много­
людными
и
революционными.
Петербургский
корреспондент
Таймса сообщает о зовущих к борьбе прокламациях в Петер­
бурге, о брожении тамошних булочников, о назначении демон­
страции на субботу 14 (1) октября, о крайне тревожном настрое­
нии в публике.
Как ни скудны эти данные, они позволяют однако сделать
тот вывод, что вспышка восстания в Москве не представляет,
сравнительно с другими, высшей ступени движения. Нет ни
выступления подготовленных заранее и хорошо вооруженных
революционных отрядов, ни перехода на сторону народа хотя
бы известных частей войска, ни широкого употребления «новых»
видов народного оружия, бомб (которые в ТиФлисе 9 окт[ября] —
26 сент[ября] — нагнали такую панику на казаков и солдат). При
отсутствии какого-либо из этих условий невозможно было рас­
считывать ни на вооружение большого числа рабочих, ни на
победу восстания. Значение московских событий, как мы уже
отметили, иное: они знаменуют боевое крещение крупного центра,
вовлечение
в
серьезную
борьбу громадного
промышленного
района.
Рост восстания в России не идет и не может, конечно, итти
ровным и правильным подъемом. В Петербурге 9-го января пре­
обладающей чертой было быстрое едиподушное движение гигант­
ских масс, невооруженных и не шедших на борьбу, но получи­
вших великий урок борьбы. В Польше и на Кавказе движение
отличается громадным упорством, сравнительно более частым
употреблением оружия и бомб со стороны населения. В Одессе
отличительной чертой был переход к повстанцам части войска.
Во всех случаях и всегда движение было в основе своей проле­
тарское, неразрывно слитое с массовой стачкой. В Москве... *)
движепие прошло в тех рамках, как и в целом ряде других,
менее крупных промышленных центров.
Перед нами естественно ставится теперь вопрос: остановится-
ли революционное движепие на этой, уже достигнутой, ставшей
«обычной»
и знакомой стадии развития или поднимется на
высшую ступень ? Если только можно отважиться в область оценки
столь сложных и необозримых событий, как события русской
революции,
то мы неизбежно придем к неизмеримо большей
вероятности второго ответа на вопрос. Правда, и данная, уже
разученная, если можно так выразиться, Форча борьбы— партизан­
ская война, непрерывные стачки, истомление врага нападениями
с уличной борьбой то в том, то в другом конце страны, — и эта
Форма борьбы дала и дает самые серьезные результаты. Никакое
государство не выдержит a la longue *) этой упорной борьбы,
*) Несколько зачеркнутых слов неразобрано.
Ред.

КРОВАВЫЕ ДНИ В МОСКВЕ
останавливающей промышленную жизнь, вносящей полную демо­
рализацию в бюрократию и армию, сеющей недовольство положе­
нием вещей во всех кругах народа. Тем менее способно вынести
такую борьбу российское самодержавное правительство. Мы можем
быть вполне уверены, что упорное продолжение борьбы даже
в тех только Формах, которые уже созданы рабочим движением,
неминуемо приведет к краху царизма.
Но остановка революционного движения в современной Рос­
сии на ступени, уже достигнутой им теперь, до последней сте­
пени невероятна. Напротив, все данные говорят скорее за то, что
это— лишь одна из начальных ступеней борьбы. Все последствия
позорной и губительной войны далеко, далеко еще не сказались
на народе. Экономический кризис в городах, голод в деревнях
страшно усиливают озлобление. Манчжурская армия, судя по
всем сведениям, настроена крайне революционно, и правитель­
ство боится вернуть ее,— а не вернуть этой армии нельзя, под
п розой новых и еще более серьезных восстаний. Политическая
агитация в рабочей среде и в крестьянстве никогда не шла
в России так широко, так планомерно и так глубоко, как теперь.
Комедия Государственной] Думы неизбежно несет с собой новые
поражения для правительства, новое озлобление в населении.
Восстание страшно выросло на наших глазах за какие-нибудь
десять месяцев, и не Фантазией, не благим пожеланием, а прямым
и обязательным выводом из Фактов массовой борьбы является
вывод о близости подъема восстания на новую, высшую ступень,
когда на помощь толпе выйдут боевые отряды революционеров
или мятежные части войска, когда они помогут массам достать
оружие, когда они внесут сильнейшее колебание в ряды «царского»
(еще царского, но уже далеко не всецело царского) войска, когда
восстание приведет к серьезной победе, от которой не в силах
[уже] будет оправиться царизм.
Царские войска одержали победу над рабочими в Москве.
Но эта победа не обессилила побежденных, а только сильнее
сплотила их, глубже заронила ненависть, поставила их ближе
к практическим задачам серьезной борьбы. Эта победа —  из числа
тех, которые не могут не вносить колебаний в ряды победите­
лей.
Войско только теперь начинает узнавать и узнавать не
только из справки с законами, но и из своего опыта, что его
мобилизуют теперь всецело и исключительно для борьбы с «вну­
тренним врагом». Война с Японией кончилась. Но мобилизация
л е н и н с к и й
с б о р н и к
продолжается, мобилизация прошив революции. Нам не страшна
такая мобилизация, мы не побоимся приветствовать ее, ибо
чем больше будет число солдат, призванных на систематическую
борьбу с народом, тем быстрее пойдет политическое и револю­
ционное воспитание этих солдат. Мобилизуя новые и новые воен­
ные части для войны с революцией, царизм оттягивает развязку,
но это оттягивание всего более выгодно нам, ибо в этой затяж­
ной, партизанской войне пролетарии учатся воевать, а войска
неизбежно втягиваются в политическую жизнь, и клич этой
жизни, боевой зов молодой России проникает даже в наглухо
запертые казармы, будит самых темных, самых отсталых и самых
забитых.
Вспышка восстания еще раз подавлена. Еще раз: да здрав­
ствует восстание!
о\
1128-
ПОЛИТИЧЕСКАЯ СТАЧКА II УЛИЧНАЯ БОРЬБА
В МОСКВЕ.
[12 октября 1905 г.]
«Тип»
настоящей]
стадии
6[орь]бы
в русской] р[е]-
в[олю]ц[ии].
Начало —
продолжение]. —
—  Связь с универси­
тетом]
—  либеральное]
и
р[е]в[олю]ц[ион-
ное] дв[ижение].
1. «Обычный» ход событий в М о[скве]...
Н[а]ч[а]ло эя[ономиче]ское —  с[тач]ка —
восстание].
2.
3.
4.
5.
ПроФ[ессиопальное] дв[ижение]| (]иед^е_
(зубатовцы начали) — быстрое |ния] о ►

переростание. Зверства.|
j росте.
Политическое]
и
р[е]в[олю]ц[ ионное]
дв[ижение]. Всеобщая] с[тач]ка.
Закр[ытие] ун[иверсите]та и открытие
улицы.
Толки о том,
ч[то]бы вновь
открыть ун[иверсите]т.
«В тисках» г[оспода] либералы и г[о-
спода] Треповы.
Abwiegler: 2)
c[on]f[er] в Г[ осу дар­
ственной] Д[уме].

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СТАЧКА И УЛИЧНАЯ БОРЬБА В МОСКВЕ
—  Общ[ий] рост дви- 6, Сравнительный]
рост всероссийского]
ж[ения].
дв[ижения]: СП[етер]б[ург] 9 I —  П[оль-
ша] -)- К[а]вк[аз] —  Мо[сква].
Quid est?
7. Что происходит] — генГеральиая] репе-
в
тиция, или начГало]
Мо[скве]?
к[он]ца?
— к[оне]ц старых или
нач[ало] новых
ф[ор]м ?
«Другим духом повеяло»
! маловеры и...
П[а]рл[амен]т[ари]зм 8. Убогость квази-парл[амен]т[ари]зма при
и р[е]в[олю]ция.
свете
[открытого]
революционного
по-
Яхара.
Пролетариат] -{- р[е]в[олю]ц[ион-
ная]
дем[ократия]
contra
правитель­
ство]
либ[ералы].
х) A la longue — при затяжном характере.
2) Abwiegler — обозреватель.

2 5 .