2. VIII. 05. Дорогой Ан. Вас! Вчера я отправил Вам «деловое» письмо и просил отправить «Искру» № 105* и Л. Фейербаха Плеханова. Сегодня хочется побеседовать вне текущих делишек. Плохое настроение у нашей публики в Женеве. Я удивляюсь часто, как немногого нужно, чтобы люди, не вполне самостоятельные и непривычные к самостоятельной политической работе, падали духом и кисли. А киснут у нас женевские большевики отчаянно. Борьба идет серьезная, III съезд вовсе не закончил ее, разумеется, а только открыл новую фазу ее, искровцы подвижны и суетливы, беззастенчивы по-торгашески, искушенные долгим опытом демагогии, - а у наших преобладает какая-то «добросовестная глупость» или «глупая добросовестность». Не умеют бороться сами, неловки, не- подвижны, неуклюжи, робки... Милые ребята, но ни к дьяволу негодные политики. Нет у них цепкости, * Говорят, передовица отчаянный вздор! Не напишете ли поскорее против нее? Если да, телеграфируйте. А. В. ЛУНАЧАРСКОМУ. 2 АВГУСТА 1905 г. нет духа борьбы, ловкости, быстроты. Вас. Вас. крайне типичен в этом отношении: милейшая личность, преданнейший работник, честнейший человек, он, я боюсь, никогда не способен стать политиком. Добер он уж очень, - даже не верится, что «Галеркины» брошюры писаны им. Боевого духа он не вносит ни в орган (все жалеет, что я не даю ему писать добрых статей о Бунде!), ни в колонию. Какой-то дух нытья царит, и меня (я всего три недели на даче и езжу в город на 4-5 часов по три, а то и по четыре раза в неделю!) все упрекают, что у них дело не ладится, что меньшевики бойчее и т. д. и т. п.!! А наш ЦК, во-1-ых, тоже не очень-то «политик», тоже добер слишком, тоже страдает недостатком цепкости, оборотливости, чуткости, неуменьем политически ис- пользовать каждую мелочь в партийной борьбе. А, во-2-х, он выспренно презирает за- границу и всех лучших людей упорно не пускает сюда или берет отсюда. И мы оказываемся здесь, за границей, позади. Недостает фермента, толчков, импульсов. Не умеют люди действовать и бороться сами. Недостает ораторов на своих собраниях. Некому влить дух бодр, поставить вопрос принципиально, уметь поднять над женевским боло- том повыше, в область интересов и вопросов посерьезнее. И все дело страдает. В политической борьбе остановка есть смерть. Запросов тьма и они все растут. Новоискровцы не дремлют (теперь они еще «перехватили» прибывших в Женеву матросов*, заманива- ли их, вероятно, со свойственным им торгашеским рекламизмом в политике и усиленно marktschreien**, «утилизируя» задним числом одесские события в пользу своей коте- рии). У нас сил невозможно мало. Вас. Вас. не знаю, когда будет писать, а как оратор и политический центр он ниже всякой критики, скорее сам распускает нытье, чем встряхнуть людей и дать им педагогической нахлобучки. Шварц в отсутствии: пишет он оттуда усердно и хорошо, даже как будто лучше, чем здесь, но только пишет. А лич- но воздействовать на * Имеются в виду участники восстания на броненосце «Потемкин». Ред. ** - зазывают в свою лавочку. Ред. В. И. ЛЕНИН людей и уметь направлять публику и собрания он редко в состоянии даже тогда, когда в Женеве. Центр здесь большой, серьезный. Масса россиян. Тьма едущих. Лето даже особенно бойкий момент, ибо из бездны туристов-россиян, наезжающих в Женеву, есть известный процент людей, которых надо и можно использовать, встряхнуть, привлечь, направить. Подумайте обо всем этом и черкните мне поподробнее (лучше по личному адресу: 3. Rue David Dufour). Помните, Вы писали: ущерба от моего отсутствия из Женевы не будет, ибо пишу много и издали. Это так, что пишете много, и газету вести кое-как (но не более, чем кое-как, а нам чертовски нужно большее) можно. Но ущерб-то не только есть, но громадный ущерб, который яснее ясного чувствуется с каждым днем. Личное воздействие и выступление на собраниях в политике страшно много значит. Без них нет политической деятельности, и даже само писанье становится менее политическим. А при противнике, располагающем за границей большими силами, мы с каждой неделей теряем столько, что и в месяц, пожалуй, не нагонишь. Борьба за партию не кончилась, и до действительной победы ее не доведешь без напряжения всех сил... Жму руку. Ваш Н. Ленин