Статью Бывалого посылаю для той подчистки и некоторых исправлений, которые Вы наметили. Конечно, исправлять можно - пожалуйста, делайте это со всеми статьями, надписывая либо карандашом прямо в рукописи, либо на особых листках. Списаться потом с Бывалым насчет этих поправок могу, если хотите, я, - вероятно, он не заупрямится, а если да, то придется обсудить и сделать выбор: брать, как дают, или не брать. Я никак не могу только согласиться с Вашим предложением выкинуть упоминание о брошюре Бахарева и не столько потому, что это было бы крайне неприятно для автора, сколько потому, что и я считаю брошюру Бахарева полезной (несмотря на ее недостатки), выдвигающей действительно важный вопрос и, в общем и целом, правильно его решающей. Бывалый пишет не только о старом, но и о новом; если в 70-х годах серьезные революционеры не нуждались в подобных брошюрах, то мы-то теперь, несомненно, в них нуждаемся, и мы непременно думали поместить о ней (в газете может быть, но не в № 1) критическую, но с одобрением, заметку. Привлечение к движению масс совсем юной рабочей и интеллигентной молодежи, полное почти забвение или вернее незнание ею того, как и что было в старину, отсутствие организации «искушенных» революционеров, - все это делает необходимым выступление с брошюрами о правилах поведения для социалистов. У поляков есть такая брошюра*, кажется, гораздо более содержательная, чем бахаревская. Вера Ивановна согласна с тем, что упоминание о Бахареве выкидывать не следует. При известных условиях, если Вы считаете это полезным, было бы, может быть, не неуместно обсудить вопрос о возможном значении таких брошюр на страницах журнала? Статью Бывалого мы прочим в журнал, а не в газету. Вера Ивановна говорит, что наша газета выходит на ступень ниже по тому уровню читателей, на который она рассчитана, чем Вы, вероятно, предполагаете. Вообще газетой Вера Ивановна порядочнотаки недовольна: типа-де «Рабочего Дела», только политературнее, попричесаннее... Я послал одну статью Павлу Борисовичу с просьбой переслать Вам. Вопрос о резолюции Каутского сокращать и обрезывать для размеров газетной статьи было бы совсем неудобно, и вот почему мы хотели бы поместить Вашу статейку или заметку по этому вопросу в журнал. Или, может быть, Вы думаете ограничиться очень и очень немногим? Вероятно, даже заметка об этом потребует около 10 печатных страниц, т. е. около 20 тысяч букв, если не больше? О Соловьеве я, признаться, думал, что у Вас охота будет написать заметку. Puttman вряд ли возьмется: напишу ему, но почти не надеюсь. О декабристах готова написать Вера Ивановна , но вот как насчет материалов? Напишем тотчас, чтобы прислали, что можно. Может быть и Вы укажете, что бы особенно важно иметь для этой работы. Пожалуй, особенно важны исторические журналы, коих здесь не достать. Гуревич пишет для журнала большую статью о французских делах, для газеты - о национальном конгрессе. О международном конгрессе хотел было писать Гольдендах или Нахамкис, но не стали писать. Пришлите, пожалуйста, Вашу статью «Социализм и политическая борьба» (можно по тому же адресу Лемана заказной бандеролью); я не думаю, чтобы из-за товарищеской критики статья могла не понравиться Алексею, который, помнится, говорил мне, что признал справедливость возражений Павла Борисовича. Отдельные листики мы перенумеруем (если они не перенумерованы), и вряд ли наборщики потеряют: они ведь всегда имеют дело с отдельными листиками, и у нас для газеты тоже, и пока не теряли. Вопрос об «ответственном», по-видимому, завтрапослезавтра вырешится - кажется, благоприятно (сегодня получил известие о двух согласиях: завтра жду существенных сообщений), и мы думаем, что все же не обойтись (для начала, по крайней мере) без помощи Блюменфельда, которого Dietz соглашался принять в наборщики и который поставил бы нам дело на ноги, подучил немцев и прочее. Как только окончательно выяснится все, тотчас напишу или телеграфирую ему. Вашу же статью «Еще раз
etc.» очень бы хотелось иметь поскорее ввиду возможности, что ее сразу придется от-
дать в набор.

Против «Рабочей Мысли» - собственно, только против статьи «Наша действительность» в «Отдельном приложении» - у меня написана была статья «Попятное направление в русской социал-демократии»* еще год тому назад; теперь мне ее прислали сюда, и я думаю переделать ее для журнала с добавлением против «Рабочего Дела».

Не совсем представляю себе, о каком «последнем №» «Рабочей Мысли» Вы говори-
те? Последний номер газеты был № 8 - («с 5-й страницы» новая редакция), где между
прочим напечатано отречение от знаменитых параллелей в конце статьи о Чернышевском, помещенной в «Отдельном приложении». Это ли Вы имеете в виду?

Заметку «До чего договорились?» 67 я бы считал полезной, хотя в «воинственности»
«Рабочей Мысли» теперь я сомневаюсь: некоторые шаги «к нам» (passez moi le mot**)
они все же хотят сделать, и их надо бы постараться считать verbesserungsfahig***. Но
атака, конечно, все же должна быть: без атаки они неисправимы. Я переписывался не-
давно с моим старым товарищем по Союзу 68, Ветринской, и сказал ей, что присоединяюсь к словам Алексея: «нам с Вами придется бороться». Боритесь, если не совестно
- отвечала она Алексею. Я написал, что мне нисколько не совестно****.

Хотел было побеседовать с Вами еще об экономическом направлении и взглядах
Алексея, да очень уже поздно, и я ограничусь парой слов: экономическое направление,
конечно, всегда было ошибкой, но направление ведь это очень молодо, а увлечение

«экономической» агитацией было (и есть кое-где) и без направления, и оно было
законным и неизбежным спутником

* См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 240-273. Ред.

** - извините, что я так выразился. Ред.

*** - исправимыми, не безнадежными, Ред.

**** См. настоящий том, стр. 55. Ред.

шага вперед в той обстановке нашего движения, которая была налицо в России в конце
80-х или начале 90-х годов. Обстановка эта была такая убийственная, что Вы себе, на-
верно, и не представляете, и нельзя осудить людей, которые, выкарабкиваясь из этой
обстановки, спотыкались. Некоторая узость была, для целей этого выкарабкиванья, необходима и законна, - была, а когда ее стали возводить в теорию и связывать с бернштейнианством, дело, конечно, радикально изменилось. Естественность же увлечения

«экономической» агитацией и служением «массовому» движению, помнится, признали
и Вы в «Новом походе», писанном в 1896 г., когда виленский экономизм был уже a
l'ordre du jour*, a питерский рождался и складывался.

Крепко жму руку и прошу не посетовать на беспорядочность письма.

Ваш Petroff

---

Написано 9 ноября 1900 г.

Послано из Мюнхена в Женеву

Впервые напечатано в 1956 г.

в журнале «Коммунист» № 16

Печатается по рукописи