Принять кооператоров не могу по болезни. Завтра будет напечатана моя речь, где я об этой болезни говорю*. Относительно кооператоров имею опасение, не вздули ли они фиктивно свой пассив, передавая его Вам. Передаю Вашу записку Горбунову и Смольянинову и прошу Вас окончательный точный расчет актива и пассива прислать на их же имя, чтобы они сообщили мне итог.

Как обстоит дело с тем займом, которого Вы, уезжая, ждали от заграничной кооперации?

Буду ждать Ваших коротких сводок относительно того, как развивается аппарат кооперации в России (я имею только старые цифры: сентябрь – 1 миллион, октябрь – 3, ноябрь – 6 миллионов рублей золотом). Есть ли у Вас теперь 10-дневные сведения?

Есть ли точные сведения о том, сколько губсоюзов доставляют Вам правильные отчеты и сколько не доставляют? Применяете ли оплату работников кооперации в зависимости от размера их оборота и от достижения успеха,

* Имеется в виду речь «О международном и внутреннем положении Советской республики» (см. Сочинения, 5 изд., том 45, стр. 1-16). Ред.

выражающегося в понижении процента расходов на наш аппарат?

Прошу Вас в самой краткой форме ответить мне на эти вопросы и сообщить дополнительно, какие серьезные меры проверки предпринимает правление Центросоюза в отношении того, чтобы наша кооперация была действительно органом коммерческим, а не бюрократическим. Письмо Тихомирова, которое я получил недавно и на которое ответил*, возбудило во мне немало сомнений на этот счет, точно так же, как попытка издавать еженедельную газету «Кооперативное Дело»**. Вероятно, у Вас сидят на неподобающе высоких местах бюрократы и интеллигенты, которые способны играть в бумажки и играть в газеты, а торговать не способны.

Ленин

Продиктовано по телефону

7 марта 1922 г.