30/XII 03 [Женева].

Получили ваше письмо от 10 XII ст. ст. Нас поражает и возмущает ваше молчание о боевых вопросах и ваша неаккуратность переписки. Так ведь невозможно вести дело! Возьмите еще секретаря, если Медведь и Ланиха не в состоянии писать еженедельно. Подумайте только, что от Лани до сих пор ничего обстоятельного! На наше письмо от 10 XII н. ст. до сих пор (через 20 дней) нет ответа.

Во что бы то ни стало этому безобразию надо положить конец!

Далее.

Мы категорически настаиваем на необходимости вполне выяснить себе позицию в борьбе с мартовцами, спеться нам между собой и взять вполне определенную линию.

Отчего не послали сюда Бориса, как хотел здесь Ганс? Побывав здесь, Борис не писал бы нам глупеньких смешных речей о мире. Отчего Ганс не исполнил свое обещание написать старику точно о настроении Бориса? Если нельзя Бориса, пришлите Митрофана или Зверя, чтобы выполнить дело.

Повторяю паки и паки: основная ошибка Ганса, что он доверился последнему впечатлению. Надеюсь, № 53 должен бы отрезвить его. Мартовцы взяли ЦО для войны, и теперь война пошла по всей линии: травля в «Искре», драка на публичных рефератах (на днях Мартов читал о расколе в Париже перед 100 человеками и дрался с Лебедевым), агитация самая беззастенчивая против ЦК. Было бы непростительной близорукостью думать, что это может не перекинуться в Россию. Дело дошло здесь до разрыва отношений ЦО с ЦК (резолюция ЦО от 22 XII, посланная Вам), до печатной лжи ЦО (№ 55 «Искры») будто состоялось соглашение о непечатании переговоров.

Подумайте же, наконец, хорошенько о всей политической позиции, взгляните пошире, отвлекитесь от мелкой будничной возни с грошами и паспортами и выясните же себе, не пряча головы под крыло, куда вы идете и ради чего вы канитель тянете?

У нас в ЦК два течения, если я не ошибаюсь (или может быть три? Какие?). По моему, они таковы: 1) оттягивать дело, не созывая съезда, по возможности отмалчиваясь от наскока и нахальных плевков в рожу и укреплять позицию в России; 2) поднять бучу резолюций против ЦО, направить все силы на завоевание шатких комитетов и приготовить съезд через два, maximum три месяца. И вот я спрашиваю, в чем состоит ваше укрепление позиций? Только в том, что вы теряете время, когда противник собирает здесь силы (а заграница очень много значит!), и оттягиваете решение до своего провала. Провал неизбежен и довольно скоро, — было бы прямо ребячеством игнорировать это.

Что же вы нам оставите после провала? У мартовцев — свежие и разросшиеся силы. У нас — разбитые ряды. У них — укрепленный ЦО. У нас — компания, плохо перевозящая этот ругающий их ЦО. Ведь это верный путь к поражению, ведь это только позорная и глупая оттяжка неизбежного поражения. Вы только закрываете глаза на это, пользуясь тем, что война заграничная перекидывается к вам медленно. Ведь ваша тактика буквально сводится к тому, что де после нас (после теперешнего состава ЦК) хоть потоп (потоп для большинства).

Я думаю, что если даже поражение неизбежно, то тогда надо уйти прямо, честно и открыто, а это возможно лишь на съезде. Но поражение вовсе не неизбежно, ибо пятерка не сплотилась, Плеханов не с ними, а за мир, и съездом можно накрыть как Плеханова, так и их с их якобы разногласиями.

Единственное серьезное возражение против съезда, что он узаконит неизбежно раскол. И я отвечаю: 1) даже это лучше теперешнего, ибо тогда можно уйти честно, а не тянуть позорное положение оплевываемых; 2) для раскола упущен мартовцами момент, и уход их с 3-го съезда прямо невероятен, ибо теперешняя борьба и полная публикация отнимает возможность раскола. 3) Торговаться же с ними, если можно, то всего лучше именно на съезде.

Обсудите дело это толком и отвечайте же наконец о мнении каждого (непременно каждого) члена ЦК.

С листками ко мне не приставайте: я не машина, и при теперешнем безобразном положении работать не могу.