В только что полученном нами № 83 «Искры» помещено заявление меньшевиков и ЦК о «полном прекращении организационной обособленности меньшинства». «Меньшинство, – уверяют нас, – перестает считать себя стороной, и. впредь не может быть речи ни о бойкоте ЦК, ни о предъявлении к нему ультимативных требований». Чуточку запоздало это заявление! Партия знает теперь из брошюры Ленина («Заявление и документы о разрыве центральных учреждений с партией»)[40], что «ультимативные требования» кооптации Попова, Фишера и Фомина уже исполнены, но только тайком, с обманом партии. Ультимативное требование сорвать путем таких же обманов III съезд равным образом исполнено. Дезорганизация местной работы продолжается, и так называемый ЦК утвердил уже в Санкт-Петербурге (по сообщению «Искры») «особую организацию» или группу, «ввиду явной невозможности для ее многочисленных (?) членов работать под руководством местного комитета».

Таким образом, все то, что говорило и предсказывало «большинство», начиная с «письма» Ленина («Почему я вышел из редакции», декабрь 1903 г.)[41] и кончая брошюрой Орловского «Совет против партии», подтверждено теперь событиями целиком и безусловно. Реальным объектом полуторагодовой борьбы была кооптация четырех в ЦО и трех в Центральный Комитет. Ради кооптации была придумана теорий организации-процесса и кучка «принципиальных» разногласий. Ради этой кооптации наши центры совершенно порвали теперь с партией и порывают с местными комитетами, с каждым поодиночке. Правильность нашего лозунга: «большинство должно прекратить все и всякие отношения с дезорганизаторами» («Вперед» № 1, «Пора кончить»)[42] – вполне подтверждается.

Крайне интересно также следующее место из заявления «Искры»: «Решение уполномоченных (меньшинства) было предложено на обсуждение всех сторонников меньшинства, работающих в Киевском, Харьковском, Донском, Кубанском, Петербургском, Одесском комитетах, Донецком и Крымском союзах и других партийных организациях». Итак, после почти полуторагодовой отчаянной кампании, при помощи ЦО, Совета и (начиная с мая месяца) ЦК, заграничный кружок завоевал себе всего пять русских комитетов из 20-ти бывших на II съезде![43]. Вне комитетов заметные группы, удостоившиеся перечисления в «Искре», создались только в двух городах, Петербурге и Одессе. Кубанский комитет, очевидно, испечен в самое последнее время для лишней пары голосов.

Следовательно, «Искра», орган меньшинства, подтверждает теперь, в январе, правильность той характеристики положения партийных дел, которую в сентябре дал другой меньшевик. Именно, агент ЦК, сочувствующий меньшинству и ныне кооптированный в ЦК писал в сентябре члену ЦК Глебову, что «в России меньшинство бессильно», что за ним лишь четыре комитета. Это бессилие заграничного кружка и заставило его пойти на бонапартистский переворот в ЦК и на уклонение, путем обмана, от III съезда.

«Вперед» № 3, 24 (11) января 1905 г.

Печатается по тексту газеты «Вперед», сверенному с рукописью