СОРСКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ В ДНИ ОКТЯБРЯ 1905 г.
[Между 12 и 19 октября 1905 г.]
Сличение 
рукописи 
документа 
«а» с рукописью 
статьи 
а Политическая стачка и уличная борьба в Москве» позволило 
установить наличие пометок Ленина, доказывающих, что док. 
«а» предназначался Вл. Ильичем в качестве вставки в указанную статью; при этом и место для вставки точно указано 
на обеих рукописях. Статья, однако, была напечатана в М  20 
«Пролетария» без вставки, но зато в следующем (21-м) номере 
газеты мысли и даже целые фразы док. «а» вошли в отдельную статью Ленина « Уроки московских событий». (См. Соч. 
т. VIII, стр. 504 прим. 
'154.)
26.
1134
* ПОЗОРНАЯ КОМЕДИЯ.
Позорная комедия Государственной] Думы кажется еще презреннее наряду с этим действительно революционным выступлением готового на борьбу и истинно-передового класса. 
Соединение пролетариата с революционной демократией, о котором 
мы не раз говорили, становится Фактом. Радикальное студенчество, принявшее и в Петербурге и в Москве лозунги революционной социалдемократии, является авангардом всех демократических сил, которые гнушаются подлостью «конституционно- 
демократических» реформистов, пошедших в Государственную] 
Думу, 
которые 
тяготеют 
к настоящей решительной борьбе

ПОЗОРНАЯ КОМЕДИЯ
с проклятым врагом русского народа, а не к маклерству с [ним] 
самодержавием.
Посмотрите на либеральных профессоров, ректоров, помощников ректоров и всю эту кампанию Трубецких, Мануйловых 
и пр[очих]. 
Ведь это —  лучшие люди либерализма и конституционно]-/^емократической] партии, наиболее идейные, наиболее 
образованные, наиболее бескорыстные, наиболее свободные от 
непосредственного 
давления 
интересов 
и влияний денежного 
мешка. 
И как ведут себя эти лучшие люди? Как воспользовались они первой властью, властью правления в университетах, 
властью, врученной им по выбору? Они уже трусят революции, 
они боятся обострения и расширения движения, они уже тушат 
пожар и стараются внести успокоение, получая за это вполне 
заслуженные плевки в лицо в виде похвал князей Мещерских.
И они были хорошо наказаны, эти Филистеры буржуазной 
науки. Они закрыли университет в Москве, боясь бойни в университете. 
Они вызвали только еще скорее несравненно более 
крупную бойню на улице. 
Они хотели [затушить задержать] затушить революцию в университете, они только [открыли] зажгли 
революцию на улице. 
Они попали в хорошие тиски, вместе 
с господами Треповыми и Романовыми, которых они бросились 
теперь убеждать в необходимости свободы собраний: закроешь 
университет — откроешь уличную борьбу. 
Откроешь университет—  откроешь трибуну для народных революционных собраний, готовящих новых и еще более решительных борцов за 
свободу.
Как бесконечно поучителен пример этих либеральных профессоров для оценки нашей Государственной] Думы! Не ясно-ли 
теперь, из опыта высших школ, что либералы и к[оиституцио- 
налисты]-д[емократы] так же будут бояться за «судьбу Думы», 
как эти жалкие [трусы грошевой] рыцари алтынной науки боятся 
за «судьбу университетов»? Не ясно-ли теперь, что либералы 
и конституционалисты]-демократы] не могут иначе воспользоваться Думой, как для еще более широкой, еще более вонючей 
проповеди мирного легального прогресса? Не ясно-ли теперь, как 
смешны надежды на превращение Думы в революционное собрание? Не ясно-лп, что есть один лишь способ «повлиять» не на 
Думу специально, не на университеты специально, а на весь старый самодержавный порядок, способ московских рабочих, способ 
народного восстания [которое]? Оно одно не только заставит Ма-