30/III. 1917.

Я только что прочитал в сегодняшней «Новой Цюрихской Газете», 30/III., № 557, в первом утреннем выпуске, следующее:

«Милан, 29 марта. С.-петербургский корреспондент сообщает об аресте некоего Черномазова, редактора начавшей выходить во время революции социалистической газеты «Правда». При старом режиме Черномазов был агентом тайной полиции и получал ежемесячно по 200 рублей. Руководимая им газета, требовавшая социалистической республики, резко нападала на Временное правительство с явной целью служить реакции. Вообще агитация безответственных кругов против правительства вызывает подозрение в сообщничестве со старым режимом и с врагом. Даже Совет рабочих и солдатских депутатов, который, по сравнению с Временным правительством, стоит на определенно радикальной точке зрения, отвернулся от этих кругов».

Это сообщение есть пересказ телеграммы, помещенной в шовинистской итальянской газете «Вечерний Курьер» («Corriere délia Sera»){45}, Милан, 29/III., и посланной туда из Петербурга 26/III. в 10 ч. 30 м. вечера. Чтобы разъяснить читателям, в чем состоит на этот раз обычная вообще у шовинистов «подтасовка», я должен начать несколько издалека.

«При старом режиме», именно с апреля 1912 г. по июль 1914, выходила в Петербурге ежедневная социал-демократическая газета «Правда». Фактически эта газета была органом Центрального Комитета нашей партии, Российской социал-демократической рабочей партии. Я писал в эту газету почти ежедневно из Кракова, где я в это время жил в качестве политического эмигранта. Социал-демократические депутаты Думы, принадлежавшие к нашей партии и сосланные царем в Сибирь за агитацию против империалистической войны, Бадаев, Муранов, Петровский, Шагов, Самойлов (до лета 1914 г. к этой группе принадлежал и Малиновский), постоянно приезжали в Краков, и мы советовались, как направлять газету.

Само собой разумеется, что царское правительство не только всеми силами окружало «Правду», имевшую до 60 тыс. тиража, шпионами, но и старалось провести в число ее служащих провокаторов. В числе провокаторов был и Черномазов, имевший в партийных кругах кличку «Мирон». Он втерся в доверие и стал в 1913 году секретарем «Правды».

Наблюдая вместе с группой депутатов деятельность Черномазова, мы, во-1-х, пришли к выводу, что он в своих статьях компрометирует наше направление, а во-2-х, является подозрительным в смысле политической честности.

Но найти заместителя было нелегко, тем более, что сношения группы депутатов с Краковом шли либо нелегально, либо через поездки депутатов, а эти поездки не могли делаться очень часто. Наконец, весной 1914 года нам удалось перевезти в Петербург Розенфельда (Каменев), который тоже был сослан царем в Сибирь в конце 1914 года вместе с нашими депутатами.

Розенфельд (Каменев) имел поручение отстранить Черномазова и отстранил его от дел совершенно. Черномазов был уволен. Наш ЦК назначил следствие по поводу подозрений против Черномазова, но собрать точных данных не удалось, так что объявить его провокатором петербургские товарищи не решились. Пришлось ограничиться отстранением Черномазова от «Правды».

Что Черномазов и, разумеется, другие провокаторы помогали царю сослать в Сибирь наших депутатов, это не подлежит сомнению.

От 13 ноября 1916 г. мы получили от петербургского «Бюро Центрального Комитета» нашей партии сообщение о том, что Черномазов снова делает попытки проникнуть в нелегальную организацию и что «Бюро» отстранило от организации «Мирона» и одно лицо, связанное с ним, и «поступит так со всяким, кто будет продолжать иметь с ним дело».

Мы ответили, разумеется, что участие Черномазова в партии недопустимо, ибо он отстранен решением Центрального Комитета при участии депутатов, названных выше.

Такова история старой «Правды», выходившей при старом, царском режиме и задушенной царем перед войной, в июле 1914 г.

Возникает вопрос, не был ли также Черномазов, прямо или косвенно, участником новой «Правды», начавшей выходить в Питере после революции? Об этом я ничего не знаю, ибо со времени революции правительство Гучкова-Милюкова не пропускает ни моих телеграмм в «Правду», ни, разумеется, телеграмм из «Правды» ко мне. Я не знаю даже, уцелело ли Бюро ЦК, приехали ли в Петербург Каменев и депутаты, которые знают Мирона и устранили бы его немедленно, если бы он воспользовался переменой лиц и втерся снова{46}.

Французская социал-шовинистская газета «L'Humanité» от 28/III. приводит телеграмму, полученную будто бы из Петербурга газетой «Petit Parisien»{47}. В этой телеграмме Черномазов назван «бывшим редактором экстремистской социал-демократической газеты «Правда»».

Читатель, надеюсь, поймет теперь вероломство и низость приемов борьбы правительства Гучкова-Милюкова и их друзей, которые хотят набросить тень на нашу партию, которая якобы состоит «в сообщничестве с старым режимом и врагом». Это правительство и его друзья ненавидят нашу партию и клевещут на нее, потому что мы еще 13. X. 1915 г. в 47 номере нашей газеты «Социал-Демократ» (Женева) заявили, мы будем безусловно против империалистической войны даже в том случае, когда эта война будет вестись не царским правительством, а шовинистски-революционным, шовинистски-республиканским русским правительством[12].

Правительство Гучкова-Милюкова именно такое правительство, потому что оно подтвердило разбойничьи договоры царизма с англо-французским империализмом и преследует в этой войне разбойничьи цели (завоевание Армении, Галиции, Константинополя и т. д.).

(Посылаю завтра в «Volksrecht» и в «Avanti!»{48}.)

Напечатано 5 апреля 1917 г. в газете «Volksrecht» № 81

На русском языке впервые напечатано в 1924 г в Ленинском сборнике II В. И. Лениным

Печатается по копт, написанной рукой Н. К. Крупской, просмотренной и дополненной