17/VIII.

Третьего дня получил я, дорогая мамочка, письмо твое от 29. VII (10. VIII), а также
от Маняши.

Удивляюсь, почему это ты пишешь всегда, что я пишу редко: вот уже очень давно,
насколько я помню, я пишу еженедельно, а иногда случается и 2 раза в неделю, т. е. с
каждой почтой.

Насчет ящика с книгами я тоже начинаю теперь недоумевать: после полученного в
конце июня известия из Красноярска, что книги должны прийти в конце июня, что за
них надо доплатить около 9 руб., - я не имел никаких известий, хотя тогда же (1. VII)
послал два письма о книгах в Красноярск, одно - денежное*. Знакомый, который обещал мне похлопотать о моих книгах, оказался халатным донельзя и даже не отвечает на
письма**. Написал теперь Поповой открытое письмо с ответом, авось получу ответ.

Предосадная история! Главное - даже не пишут, не сообщают, в каком положении дело! Не вышла ли задержка в транспортной конторе? Ведь они, кажется, канальи, не бе-
рутся доставить в срок и не отвечают за просрочку?

* Письма не сохранились. Ред.

** О ком идет речь, не установлено. Ред.

Насчет потери ваших писем пишет мне и Анюта. (Кстати, получил от нее Гумплови-
ча и «Archiv». Благодарю за обе книги.) Я не знаю, какие письма потерялись: сообщаю
всегда о том, что получаю. Одно письмо завалялось месяца два в Минусинске, как я тебе уже писал. Я тогда же послал жалобу в Минусинскую почтовую контору и прило-
жил конверт того письма в качестве документа*. Если заказные письма или бандероли
затеряны, то надо сохранить квитанции и непременно потребовать вознаграждения -
только тогда мы научим сибирских «Иван Андреичей» 50 быть аккуратными.

Про себя писать, право, нечего. Потому и письма коротки, что жизнь слишком одно-
образна: всю внешнюю обстановку я уже описал; с внутренней же стороны день ото
дня отличается только тем, что сегодня читаешь одну книгу, завтра - другую; сегодня
идешь гулять направо из села, завтра - налево; сегодня пишешь одну работу, завтра -
другую (я теперь отвлекся от своей главной работы писанием одной статьи 51). Здоров я,
конечно, вполне, охочусь иногда. Теперь погода стоит пакостная: ветры, холода, осенний дождик, так что больше сидишь дома. Вероятно, еще в сентябре будут хорошие
деньки. Собираюсь съездить в Минусинск закупить себе кое-что - лампу, некоторые
вещи для зимы и т. п. ; думаем съездить вместе с Проминским.

Благодарю Маняшу за письмецо. Она пишет мне, что я бы желал иметь из-за границы: вот Митя-де ждет стальные часы... Гм, гм! Часы у меня есть и пока идут хорошо, а
вот разве будильник, это было бы (или, вернее, могло бы быть) очень полезно, ибо я
сплю здесь чрезмерно долго, так что, без всякого сомнения, не только вернул вполне
недосыпания в предварилке, но и хватил много лишка... Только как же вы сюда-то перешлете? Разве уж ждать оказии...

Насчет того, что Анюте, при жизни в деревне, нельзя будет исполнить моих поручений о книгах, - это понятно само собой. Вот если она попадет в Берлин на обратной
дороге, или в Лейпциг, тогда еще пожалуй.

* Письма не сохранились. Ред.