«Рабочая Газета» обеспокоена политическим смыслом наступления. Один из ее сотрудников упрекает другого даже в том, будто его увертливые фразы в конце концов сводятся к признанию того, что русская революционная армия объективно проливает сейчас кровь не во имя мира без аннексий, а во имя захватных планов союзнической буржуазии («Рабочая Газета» № 93, стр. 2, фельетон, столбец № 1).

Вот этот-то «объективный» смысл наступления не может не беспокоить рабочих масс, идущих еще частью за меньшевиками. А это отражается и на страницах «Рабочей Газеты». Не желая идти на открытый разрыв с рабочими, газета пытается связать как-нибудь «наступление» с революционной пролетарской борьбой за мир. Беда же хитроумной редакции заключается в том, что никакой связи, кроме отрицательной, установить здесь нельзя.

И трудно представить себе зрелище людей, более жалких, более запутавшихся, чем эта почтенная редакция, испугавшаяся тех духов, которых она сама же совместно с эсерами вызвала.

С одной стороны, «Рабочая Газета» сообщает, что «теперь на Западе значение русского наступления воспринимается совершенно ложно. Английские и французские буржуазные газеты видят в нем отказ от «утопических» планов Совета. Шовинистические резолюции проводятся под флагом приветствия Керенскому и наступающей революционной армии. И под гром военных барабанов по поводу русского наступления усиливаются гонения на единомышленников русской демократии, признающих одну с последней платформу мира».

Очень ценное признание! Особенно, когда оно идет со страниц министерской газеты, еще вчера считавшей наши предсказания этих неизбежных последствий наступления результатом большевистской злонамеренности. Оказывается, дело не в нашей «злонамеренности», а в том, что политика, усвоенная вождями Совета, имеет свою логику и что эта логика ведет к усилению вовне и внутри России антиреволюционных сил.

Вот этот-то неприятный факт «Рабочая Газета» и хотела бы как-нибудь смазать. И средства, предложенные редакцией, очень просты: «срочно необходимо выступление Центрального исполнительного комитета съезда Совета рабочих и солдатских депутатов вместе с Советом крестьянских депутатов с определенным и категорическим заявлением о том, что цели войны остаются для русской демократии те же, что и раньше» и т. д. и т. д. Видите, как решительно борются меньшевики с империалистской войной: они готовы сделать еще одно срочное, категорическое заявление. Сколько их уже было этих самых «срочных», самых «категорических», самых «страстных» заявлений. И сколько же раз придется повторять эти самые категорические заявления в наискорейшем порядке, чтобы словами хоть чуть-чуть смягчить дела того правительства, которое министерская «Рабочая Газета» всецело поддерживает.

Нет, господа, самыми «категорическими» словами, декларациями и нотами вы не ослабите тех фактов, о которых сами сообщаете. Этим фактам можно противопоставить лишь дела, дела, которые в действительности знаменовали бы разрыв с политикой продолжения империалистской войны. Правительство Львова – Терещенки – Шингарева – Керенского – Церетели этого сделать не может. Оно может лишь своей трусливой, жалкой политикой относительно Финляндии и Украины подтвердить свою полную неспособность осуществить самые «категорические» заявления о «без аннексий» и о «праве» самоопределения. А при этих условиях все эти обещанные декларации будут символом, обращающимся для оглушения масс. Оглушение масс звучными декларациями, а не «пролетарская борьба за мир» – вот программа «Рабочей Газеты», вот ее действительный ответ на рост антиреволюционных сил в связи с наступлением.

«Правда» № 95, 13 июля (30 июня) 1917 г.

Печатается по тексту газеты «Правда»