В бюджетных прениях IV Государственной думы было, как и всегда, непомерно много хлама. И потуги Маркова 2-го подставить ножку Коковцову, – и потуги Коковцова «заговорить» фразами крепостнический характер «нашей» политики и нашего бюджета, – и потуги кадетов заверить доверчивую публику, будто Коковцов «признал нужным считаться» в IV Думе именно с кадетами, – все это скучный, избитый, лицемерный хлам.

Но в куче хлама есть зернышки истины. Их старались поглубже запрятать Марковы, Коковцовы, Шингаревы. Их стоит извлечь наружу.

«Я остановился так долго на вопросе землеустройства, – восклицал Коковцов 13 мая, – потому что в этом деле действительно заключена вся разгадка будущего России…»

Не обо «всей» разгадке и не о «будущем» вообще надо говорить, а о будущем третьеиюньской системы всесилия «бюрократии» и крепостников-помещиков. При старом укладе деревни нам нельзя сохранить власти – так решили эти помещики, наученные горьким опытом. Чтобы сохранить ее, нужно по-своему провести переделку старой деревни в буржуазную. Вот основа и суть «вопроса землеустройства».

«… Удастся ли правительству это сделать, принесет ли оно (землеустройство) всю ту пользу, которая имеется в виду как правительством, так и законодательными учреждениями, – продолжает министр, – это покажет будущее…»

Будущее все откроет и все покажет, спору нет. Оно покажет итоги усилий крепостников и усилий пролетариата, идущего во главе демократии. Но цифры «серьезного» (на кадетскую мерку) г-на Коковцова ровно ничего не показывают. Число заявлений о землеустройстве быстро растет – восторгается Коковцов и восторгаются правые в Думе. Этих заявлений было в 1907 г. – 221 тыс., в 1908 г. – 385 тыс., в 1909 г. – 711 тыс., в 1910 г. – 651 тыс., в 1911 г. – 683 тыс., в 1912 г. – 1183 тыс., всего – 3834 тыс.

«Устроено» же 1 592 000 дворов.

Таковы министерские «доказательства» и материалы для суждения о будущем.

А вот того же 13-го мая правительственная газета «Новое Время» приводит данные земской подворной переписи по Самарскому уезду в 1911 году. Число «укрепленцев» в этом уезде дошло почти до 40 % – то есть выше среднего по России. Уезд, значит, самый «благоприятный» для правительства.

И что же оказалось? Из общего числа «укрепленцев» настоящих хуторян менее трех на сто (2,9 %); выделилось на отруба всего 1/16 (6,5 %), а свыше девяти десятых (90,6 %) владеют землей чересполосно!!

Девять десятых «укрепленцев» хозяйничают по-прежнему чересполосно. Условия хозяйства даже ухудшились, потому что чересполосицу прежде могла хотя немного «исправлять» община посредством частых переделов.

Всего за 4 года уже третья часть укрепленной земли перешла в другие руки. Растет обезземеление, а еще быстрее обнищание крестьян, растет путаница полос. Растет невероятная нужда в деревне. Растут голодовки. Растет число обезземеленных крестьян, чистых пролетариев. Растет число нищих «тоже-хозяев», запутанных в прежней кабале и чересполосице вследствие пресловутого помещичьего землеустройства.

Очевидно, этой кабалы не разрешит помещичье землеустройство крестьянских земель. Ее могло бы устранить только землеустройство на широких демократических началах.

Написано 16 (29) мая 1913 г.

Напечатано 21 мая 1913 г. в газете «Правда» № 115

Печатается по тексту газеты