контраст между восприятиями и вещами, между миром внутренних переживаний и миром вещей. Тогда-то назревает необходимость в новых познавательных формах. ... Непосредственно нас интересует
тот логический процесс, который в новейшей философии привел к диалектическому материализму.
- Психологизм Юма, Беркли и прочих орудует, главным образом, психически - чувственным миром. Чувственные образы суть предметы познания. Результат, к которому привело развитие
|английского эмпиризма|, гласит: Esse = percipi, - существует то, что дано в восприятии, и все, что
дано в восприятии, имеет объективное бытие, существует...
Кант понял, что истинно научное познание возможно лишь при посредстве «математического созерцания». Чувственное созерцание не включает в себе условий, необходимых для общеобязательного познания. Чувственные образы не в состоянии охватить всей совокупности подлежащих познанию
явлений. И Кант совершает переход от психологизма к трансцендентализму...
[43] Гегелевская философия представляет последнее и заключительное звено этой цепи.
Мы видели, что у Юма, Канта, Фихте субъект был поставлен над объектом, который был
объявлен чем-то не отделимым от субъекта...
[48-58] Категории, т. е. чистые универсальные понятия, как время, пространство, причинность, суть с точки зрения диалектического материализма, с одной стороны, логические
определения, с другой стороны, реальные формы вещей...
Ограниченность трансцендентализма состоит в том, что он не распространяет своих
прав на реальную сферу вещей и считает категории лишь субъективными, да к тому еще и
априорными, формами сознания. Феномены же трансцендентализм обнимает категориальными, т. е. логически-всеобщими формами, дающими возможность формулировать строго
математические законы природы, придать им универсальный характер. Но трансцендентализм, как и сенсуалистический феноменализм, имеют дело лишь с явлениями. Для них бытие, вещи в себе недоступны...
«Безусловности» и всеобщности познания диалектический материализм достигает тем, что формы
он объявляет универсальными, объективно-реальными «созерцаниями». На этом покоится возможность математического или, если угодно, «геометрического», т. е. точного познания действительности. «Геометрическое» пространство и «чистое время» суть универсально-реаль?
?
эк его!
ные созерцания и представляют предпосылку «математического» познания чувственного мира...
Но вместе с тем диалектическое сознание обнаруживает способность подняться до «созерцания» природы, как «целого», до созерцания необходимости, внутренней обусловленности универсального порядка природы...
Человек познает в той мере, в какой он действует и в какой он подвергается сам воздействию
внешнего мира. Диалектический материализм учит, что человек побуждается к размышлению
главным образом теми ощущениями, которые он испытывает в процессе своего воздействия на
внешний мир... Диалектический материализм, исходя из того соображения, что господствовать над
природой возможно лишь подчиняясь ей, предписывает нам согласовать нашу деятельность с универсальными законами природы, с необходимым порядком вещей, с всеобщими законами развития мира...
Парменид видел, таким образом, истинную сущность вещей («единое») в том, что
может быть познаваемо мышлением или разумом и что лежит позади текучих и изменчивых явлений. Этим самым он оторвал чувственные восприятия от их основы, феноменальный мир от метафеноменалистического...
Если для метафизиков-рационалистов истинная реальность дана в понятии, то для сенсуалистов реально то, что дано в чувственном восприятии или созерцании. То, что лежит за пределами
чувств, познанию недоступно. Предметом познания являются феномены, которые возводятся в абсолютную действительность. Содержание эмпирического сознания изменчиво и текуче. Реальный
субстрат качеств феноменализмом отвергается. Дано разнообразие, дана множественность явлений, но нет субстанциального единства...
Кант ухитрился сочетать учение феноменализма о непознаваемости вещей самих по себе с
учением рационалистов-метафизиков о существовании абсолютно-реального бытия, «вещей в се-
бе».
Французские материалисты с Гольбахом во главе противопоставляли природу, как
метафизическую сущность вещи, ее свойствам. Это противопоставление означает в
известном смысле тот же дуализм, что между «вещью в себе» и «явлениями» у Канта...
Мы были бы, однако, несправедливы к французскому материализму, если бы
отождествили
уф!
вранье!
